Запад Россию опять оскорбил — Стул не подвинул, чай не предложил. Саммит прошёл — не позвали царя — **И вот уже миру объявлена война.**
«Нас унижают!» — орёт аппарат, «Нас не боятся!» — вопит депутат. Где-то забыли вручить орденок — **И снова империи нужен враг.**
Вождь на экране сурово нахмурен: «Запад коварен, безнравственен, хмурен!» Сам телевизор от пафоса рвёт — **Жаль только, величие в магазин не идёт.**
Санкции? — «Враг!» Цены? — «Враг!» Кризис? — «Враг!» Падает рубль? — «Запад, конечно, опять виноват!» **Если завтра исчезнет вода из крана — Найдут виноватого даже на Марсе, без плана.**
Зато на параде блестят сапоги, Громко рычат телевизионные львы. Каждый чиновник — гроза всей Земли, **Жаль, что величие хлеба не купит в пути.**
«Нас невозможно поставить на колени!» — Кричат из студии толстые тени. Правда одна их тревожит порой: **А вдруг кто-нибудь спросит: «А где результат-то, герой?»**
Имперский пафос кипит через край, «Мы всех победим!» — хоть сейчас умирай. Карта на стенке, кулак на столе — **Только победы опять — на бумаге, в столе.**
Запад не любит? — Ну что за беда! Будем твердить это снова всегда. Если весь мир говорит: «Ты неправ», **Проще объявить человечество врагом, чем признать свой провал.**
И вот уже гордость похожа на месть, А «величие» — просто табличка и лесть. Чем громче кричит телевизионный хор, **Тем тише становится главный вопрос.**
Не с Западом спорят в Кремле до утра — С собственной тенью воюет страна. Тень не сдаётся, не просит визы, **Самый страшный враг — тот, кто живёт внутри кулисы.**
И только смешно наблюдать со двора: Держава огромна, а обида — мала. Такой исполин, что дрожит от обид, **Что весь мир не поклоняется — вот главный дефицит.**
Вот вам и «сила», вот вам «стальной» — Вечно сердитый гигант мировой. Если величие нужно доказывать криком — **Значит, за громким рыком — особенно тихо.**